Главная >> Эзотерика >> Духовные практики >> Воображая себя взрослыми и зрелыми

Воображая себя взрослыми и зрелыми

У многих людей, воображающих себя взрослыми и зрелыми, бывают моменты сильнейшей депрессии — автомобильное столкновение, серьезная болезнь или другая опасность, — когда мы вместо того, чтобы практиковать осознанное дыхание, молиться или просто присутствовать в моменте, просто зовем свою маму. И самые обыкновенные люди и даже индивидуумы, достигшие высокого уровня внутренней самореализации, в момент смертельной опасности кричат: «Мама!»

Отпечатки в психике, оставленные нашими взаимоотношениями с отцом и матерью, в меньшей степени с братьями и сестрами, в первые годы нашей жизни формируют основу эмоциональной реальности, которая у большинства людей остается актуальной в течение всей взрослой жизни. Нам хочется верить, что десять или двадцать лет медитаций или духовных исследований могли необратимо изменить нашу эмоциональную структуру, — однако, судя по рассказам и случаям из жизни тысяч духовных практиков Запада, это не так. Для многих из нас одним из ценнейших плодов долгой и упорной практики становится понимание того, насколько глубоки поработившие нас эмоциональные раны — признание этого факта дает нам очень сильный мотив для стремления постигнуть природу эмоций как таковых и овладеть эффективными методами работы с ними.

Одна из главных задач психологов состоит в том, чтобы помогать нам работать с эмоциями. Для этой цели существует много эффективных инструментов, однако лишь очень немногие психотерапевты действительно понимают природу эмоций, их взаимоотношения с мыслями и функциями ума — как раз потому, что взаимоотношения между этими явлениями можно понять лишь опытным путем — благодаря медитации, созерцанию и духовным упражнениям. Динамика взаимоотношений между психикой и духовным развитием — передовое направление в западной психологии, и занимаются этим вопросом только новейшие разделы вроде трансперсональной психологии и интегральной психологии.

Свами Праджнянпад — глубоко реализованный мастер, живший в XX веке в индийских Гималаях и преподававший адвайта-веданту своим индийским ученикам. В конце концов, к нему присоединилась небольшая группа учеников из Франции. Перед учителем встала проблема, каким образом помочь этим воспитанным на Западе людям проработать тонкий слой эмоциональных травм, приобретенных в результате культурного и семейного программирования и мешающих им получить доступ к глубокому духовному пониманию. Многие из психологических проблем, встающих перед учениками с Запада, кардинально отличались от проблем, возникающих у индийских учеников, а поэтому и подход к ним нужен был совсем другой. Хотя западная психология была еще очень молода, Свами Праджнянпад прочел труды Зигмунда Фрейда и в силу собственной глубокой приобщенности к просветленческому контексту смел осмыслить психотерапию в терминах единства.

Он разработал интенсивный психотерапевтический метод под названием lyings, посредством которого помогал ученикам отслеживать корни своих травм и открываться навстречу тому, от чего их эти травмы отпугнули. Тем самым ученик получал возможность «обрести единство» не только со своей изначальной природой, но и с истоками собственных травм и прочих аспектов своей психологической конституции — обрести единство со всем своим существом. Благодаря этой терапии уменьшалось влияние подсознательных отпечатков прошлого опыта на текущие реакции человека на жизненные реалии.

Свами Праджнянпад проводил важное различие между эмоциями и чувствами. В результате реалий человеческой инкарнации почти все мы, сколь бы ни были хороши условия, в которых нас воспитывали, время от времени переживали опыт, слишком интенсивный для того, чтобы его могла переварить и усвоить юная психика. В детстве нам не позволяли переживать чувства чисто и непосредственно — так, чтобы они рождались, затем сохранялись в течение некоего естественного промежутка времени (пока нас обнимает кто-то из старших), а затем утихали в безопасной обстановке, когда мы могли бы их осмыслить. Не будучи в состоянии переварить свое переживание, мы применяем в отношении этих чувств различные защитные механизмы: подавляем их, убегаем в фантазии, виним себя или Бога или же просто притупляем собственную способность к восприятию, возводя незримые барьеры в своей душе.

Когда эти же чувства возникают у нас уже в зрелом возрасте, мы в ответ непроизвольно напрягаемся, как бы говоря: «Того, что сейчас происходит, быть не должно. Реальность должна быть иной». Мы отрицаем опыт текущего момента, однако изменить его не можем. Таким образом, наше чувство превращается в эмоцию, которая фактически представляет собой тень отвергнутого чистого чувства — отягощенную различными историями, проекциями, оправданиями и домыслами, — и все это результат нашей неспособности понимать себя на уровне чувств. В большинстве случаев то, что называется «чувствами» в повседневной речи и даже в лексиконе психологов, — это в действительности эмоции.

Французский писатель и психолог Жиль Фарсе, глубоко исследующий учение Свами Праджнянпада, объясняет все это следующим образом:

Эмоция — это одичавшее чувство. То ли мы настолько влюблены, что не можем обращать внимания на весь остальной мир, то ли нами движет ненависть, жадность, гнев или желание, — мы полностью отождествляем себя с событием и в результате удаляемся от собственной изначальной целостности, а не приближаемся к ней. Чувство же более тонко. Оно представляет собой неотъемлемую составляющую опыта и не уводит нас прочь от себя, но помогает соприкоснуться с собой более тесно. Например, любовь может переживаться либо как эмоция, либо как чувство, и различие между ними очень тонко.

Эмоция всегда соединена с мыслью, с ментальным процессом, с чрезмерным вниманием и преувеличением, и она бессознательно связана с программами, заложенными в нас в процессе воспитания. Степень преувеличенной реакции в настоящем является результатом бессознательного отрицания подобного рода переживаний в прошлом. В действительности мы переключаемся с чувств на эмоции очень часто. Например, мы смотрим на играющего на пляже ребенка и чувствуем нечто очень реальное: его невинность. А затем это чувство быстро превращается в эмоцию: «Это мой ребенок, и я им горжусь. Надеюсь, у него все будет хорошо в жизни». Когда нас захватывает эмоция, мы оказываемся в плену у заложенных в нас с детства программ — и можем реагировать на любые ситуации лишь рефлекторно и предсказуемо. Если же мы позволяем себе чувствовать, то можем реагировать на происходящее вокруг, ориентируясь на реальные обстоятельства текущего момента.

ВЫСКАЖИ СВОЕ МНЕНИЕ

Ваш email не будет показан.